Ю

Герд Юбершер. 22 июня 1941 г. в современной историографии ФРГ. (Перевод А.И.Борозняка.)
Работа известного немецкого историка, научного сотрудника Федерального военного архива ФРГ, старшего научного сотрудника Военно-исторического института ФРГ, посвящена изучению происхождения одного из базовых тезисов «научного резунизма» — о якобы превентивном характере гитлеровской агрессии. Впервые опубликована в 1999 году.

Юзефович Л.А. Самодержец пустыни. — Москва: Эллис Лак, 1993.
Вот фрагмент предисловия издательства: «Документальный роман, посвященный судьбе одной из самых загадочных для современного сознания и величественных для консервативных революционеров фигур истории ХХ века, прекрасно показывает, как отсутствие познаний в области Духа, определяющего жизнь и действия исторических персонажей (что имеет особенное значение в случае таких личностей, как Унгерн, сознательно соотносящих свою миссию с исполнением мистических заветов), ведет к поверхностной и почти всегда неверной интерпретации их исторических поступков. … Нет сомнения, что даже сквозь пелену туманных намеков, аллюзий и неудачных попыток объяснить феномен Унгерна, читатель увидит величавую фигуру подлинного титана Духа, Героя, Консервативного Революционера, соотносившего свою борьбу с сакральной миссией прекращения «мерзости запустения» и восстановления органического традиционного порядка и мира.» А вот что пишет автор статьи «Четыре мифа о бароне Унгерне» И.В.Ладыгин: «Унгерн был необычной личностью (отчаянно храбрый, неординарно мыслящий, обладающий огромными знаниями в области религий и культов, философии, обладающий практически неограниченной властью и при этом абсолютно бескорыстный), большим идеалистом (а как показал XX век, за большими идеями всегда следовала большая кровь) и поэтому вызывал сомнения в своей адекватности среди окружавших его людей, зачастую отбросов общества, живущих весьма примитивными понятиями. Что касается кровожадности и жестокости барона, то ответ можно искать в его же словах: «против убийц у меня есть только одно средство — смерть». К тому же Унгерн ничем не отличался от других идеалистов первой половины прошлого века (Ленин, Троцкий и Гитлер) в стремлении перевоспитать людей, вырастить «новую расу», а тех, кого перевоспитать уже было нельзя, следовало уничтожить (что значит какой-то там отдельный человечек или несколько тысяч по сравнению с глобальной идеей?). Это уже лежит в области психологии и социологии, но не психиатрии.»