Фанталов А. К празднованию 90-летия ВЛКСМ

Алексей Фанталов

К празднованию 90-летия ВЛКСМ.

Не успели споры вокруг последнего достижения постсоветской культуры — фильма «Адмирал» — даже как следует разгореться, а Культурный Синтез произвёл очередной взбрык, ведь культурные потенции-то великие… Он, взбрык, был вполне ожидаемым, но совершенно неожиданным оказалось, что получится, как говорится, «вот прямо вот так».

Я имею в виду 90-летие организации под названием «Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодёжи». Которую, при правильном подходе, в общем-то, следовало бы считать преступной, причём в значительно большей степени, нежели КПСС.

Потому как КПСС в последние годы существования Советского Союза периодически всё же проявляла те черты, которые от неё ожидались просвещённым обществом, как то: упёртость, тупость, консерватизм, вставление палок в колёса «демократическому движению», а также участие в реакционных заговорах. Во всяком случае, какая-то часть партийной номенклатуры, похоже, всерьёз верила в собственную идеологию и, как бы мы к этому ни относились, всё же вызывала в этом смысле хоть какое-то уважение.

Так называемый «комсомол» был организацией, которая, теоретически, должна была насаждать эту самую коммунистическую идеологию среди молодёжи. В общем-то, она этого почти никогда не делала — и, наверное, это единственное, за что ей можно сказать спасибо.

Но всё остальное в деятельности вождей ВЛКСМ было чистой воды вредительством и извращенчеством.

Представьте себе несколько сот тысяч «освобождённых секретарей», то есть вполне себе молодых людей, в голове у которых примерно то же самое, что и у среднего советского юноши — любовь-морковь, шмотки, популярная музыка, отдохнуть-выпить-закусить и так далее. Но при этом они занимаются проведением в жизнь не то идеологии, не то религии, которая их же собственным настроениям полностью противоречит. Причём действуют эти ребята весьма правдоподобно — артисты из них всегда получались неплохие. Правда, в основном на уровне «сами мы не местные, подайте копеечку на пропитание», но у многих и такого не получается.

 «Комсомол» начиная где-то с конца 60-х (до этого за ним водились-таки некоторые заслуги, вроде привлечения людей работать задаром — но тогда у этого хотя бы были разумные объяснения) занимался тем, что собирал взносы и организовывал молодёжь на производство самого разнообразного вздора. Например, вербовал добровольцев строить БАМ. Нет, я не имею в виду, что БАМ не был нужен. Понятно, что при правильной организации стимулирования таких добровольцев набралось бы достаточно и без всякого участия пресловутого «комсомола». Но эта преподобная организация лезла всюду и ещё гордилась тем, что ей «до всего есть дело». Комсомольские вожди совали свои любопытные носы в личную, научную, социальную, культурную жизнь «всех членов советского общества», они же считали правильным кого-нибудь при случае за что-нибудь «заложить властям» — очень западническая черта, если вдуматься, — а если конкретной причины для доноса не было, не зазорно было её и сочинить. Всё равно поверят комсомольцу, а не «перерожденцу».

Ну и так далее. Да что я тут разоряюсь! Каждый нормальный человек (а 99% советской молодёжи состояло в комсомоле и видело картину изнутри; вот, скажем, я в КПСС не состоял и квалифицированно судить о том, что там творилось, не готов) сам лично сталкивался с выходками собственных «вождей» и у него имеются собственные причины их не особо жаловать…

Но в любом случае, именно в истории ленинского комсомола проявилась вся внутренняя сущность нашего «коммунизма». Адепты которого оперировали красивыми словами про свободу-равенство-братство, а сами тем временем шарили по карманам рядовых «баранов».

Не всегда у них это получалось, но в случае с «комсомолом» получилось по полной.

Комсомольские вожди всегда неплохо чувствовали, где можно что-нибудь «отпилить», «откусить», «экспроприировать», «спионерить». И как только началась перестройка, как только власть начала петь песни об инициативе снизу и мелком предпринимательстве на социалистических принципах, «комсомольцы» — то есть их вожди, начиная с сотрудника райкома — быстро сообразили, что тут можно опять что-нибудь получить на халяву.

Уже к концу 80-х гг. комсомол превратился в гигантскую контору по разворовыванию госсобственности (которая, кстати, по определению принадлежала всем). Тем более, что такого рода деятельность, прикрытая коммунистической риторикой, давно и хорошо была ему знакома.

Я не буду здесь вникать в особенности деятельности разных комсомольских шарашек вроде «центров НТТМ» (по сути дела, легальных крыш для отмывания криминальных средств и т.п. — я-то много чего могу рассказать на эту тему, наблюдал…), но факт остаётся фактом: как только дряхлая КПСС стала сдавать позиции, выяснилось, что у неё есть молодой и наглый наследник — расплывшийся в дежурной многозначительной улыбке прилизанный комсомольский вождь, двигающийся через «Рашку» проездом из Пхеньяна в Амстердам.

Они уже тогда знали, что «там» всё хорошо — молочные реки рвутся из кисельных берегов, и что «здесь» — «поганый гнилой совок», от которого надо держаться подальше.

Они почему-то считали себя солью земли и избранным классом, который «всё понимает и знает, как себя тут вести».

Впрочем, всё очень просто — одна советская мудрость гласила, что сын полковника никогда не станет генералом, ибо у генерала тоже есть сын. У КПСС тоже был сынок — «комсомол», и поэтому никому другому на этой земле ничего не светило.

Я думаю, что уже к концу 1989 г. всё было ясно, всё было расписано по нотам и реестрам — кому что брать, куда тащить и почём продавать. Ничего другого «поганым совкам» не предлагалось — комсомольцы браво маршировали в комсомольский капитализм.

Это теперь называется «переходом собственности в руки эффективных и опытных менеджеров».

Ну да ладно, в конце-то концов. Всё это, конечно, заметки лузера.

В какой-то момент стало ясно, что я и моя среда проигрывают «комсомольцам». Я это почувствовал уже в конце 1989 г. И то, что «никто никогда ничего не отдаст» — тоже. В 1917 г. они взяли всё под лозунгом «мы сделаем вас счастливыми». В 1991 г. они заявили, что «быдлу ничего отдавать нельзя, потому что оно не умеет распоряжаться собственностью…».

Никакой другой роли в истории у «комсомола» не было.

Он самым примитивным образом легализовал ситуацию с собственностью. И не только с ней. Теперь история пойдёт именно по тому «бразильскому» пути, который нам придумали комсомольцы.

И теперь эти люди торжественно, никого и ничего не стыдясь, отмечают 90-летие своей организации.

И бывшие комсомольцы преспокойно пишут в своих дневничках: завтра мы разъедемся по куршавелям, будем обсуждать проценты и откаты, зато сегодня мы плакали и обнимались под патриотические и военные песни.

Вот он, Синтез, русско-советский синтез без всяких прикрас.

И ничего-то в твоей жизни не изменится, пока не помрёт последний комсомолец. То есть, извините, эффективный менеджер.