Комнин А. Субъективные причины неприятия ПТЭ

Замечание об авторских правах. На представленный ниже текст распространяется действие Закона РФ N 5351-I «Об авторском праве и смежных правах» (с изменениями и дополнениями на текущий момент). Удаление размещённых на этой странице знаков охраны авторских прав либо замещение их иными при копировании данного текста и последующем его воспроизведении в электронных сетях является грубейшим нарушением статьи 9 упомянутого Федерального Закона. Использование данного текста в качестве содержательного контента при изготовлении разного рода печатной продукции (антологий, альманахов, хрестоматий и пр.), подготовке документов, текстов речей и выступлений, использование в аудиовизуальных произведениях без указания источника его происхождения (то есть данного сайта) является грубейшим нарушением статьи 11 упомянутого Федерального Закона РФ. Напоминаем, что раздел V упомянутого Федерального Закона, а также действующее гражданское, административное и уголовное законодательство Российской Федерации предоставляют авторам широкие возможности как по преследованию плагиаторов, так и по защите своих имущественных интересов, в том числе позволяют добиваться, помимо наложения предусмотренного законом наказания, также получения с ответчиков компенсации, возмещения морального вреда и упущенной выгоды на протяжении 70 лет с момента возникновения их авторского права.

Добросовестное некоммерческое использование данного текста без согласия или уведомления автора предполагает наличие ссылки на источник его происхождения (данный сайт), для коммерческого использования в любой форме необходимо прямое и явно выраженное согласие автора.

© Комнин А., 2010 г.

© «Теория антисистем. Источники и документы», 2010 г.


Антон Комнин

//А.Комнин. Субъективные причины неприятия ПТЭ. М.: 2010.

Субъективные причины неприятия ПТЭ.

Выдающийся отечественный ученый, доктор исторических наук Лев Николаевич Гумилев известен как создатель пассионарной теории этногенеза (ПТЭ). Это теория о рождении, жизни и смерти этнических систем (ЭС).

Однако это теорию не принимает большинство его коллег – историков. Не говоря уж о публицистах.

По нашим наблюдениям очень многие не принимают ее по субъективным причинам. Мы постараемся в этой статье данные причины перечислить.

 

  1. Пассионарная теория этногенеза.

Думаю, в начале следует кратко изложить данную теорию. Согласно ей люди делятся на три типа: пассионарии, субпассионарии и гармоничные люди. Гармоничные люди это те, кто работают достаточно хорошо, чтобы выжить в нормальных условиях (не экстремальных). Они работают на сохранение этнической системы (Гумилев использовал в своих работах системный подход, и основным объектом исследования у него была этническая система). Пассионарии же работают не только на сохранение, но и на развитие (усложнение) этнической системы. Они неплохо действуют в экстремальных условиях. Кроме, того, обладают способностью заражать своей активностью окружение (это явление называется пассионарной индукцией). Ресурсы по возможности накапливают, ареал обитания стремятся расширить. А субпассионарии это те, кто работает недостаточно, чтобы прокормить себя и свои семьи. Живут за счет паразитирования и накопленных ресурсов (если они есть).

Пассионарность, как и ее отсутствие, зависит от генетической природы человека.

Активность этнической системы зависит от соотношения перечисленных типов людей. Если пассионариев относительно много, этническая система активна. Если пассионариев мало, этническая система малоактивна.

В процессе этногенеза (который длится около 1200-1500 лет) процент пассионариев в этнической системе понижается. Пассионарии исчезают в результате естественного отбора. Потому что попытки что-то изменить почти всегда связаны с самоотверженностью и риском. Когда число пассионариев становится минимальным, этническая система либо гибнет, либо переходит из динамического состояния в статическое. После чего живет в гармонии с природой, не развиваясь (такие народы Л.Н. Гумилев называл «персистентными этносами», «реликтами»).

Каждый новый этногенез начинается с появления пассионариев, которые, появившись, создают новые ЭС.

Почему происходит появление пассионариев — пока не ясно. Л.Н. Гумилев мог только констатировать известные факты. По его наблюдению появление пассионариев (и созданных ими новых ЭС) происходит одновременно в нескольких регионах расположенных на полосах шириной порядка 200-400 км и длиной примерно в половину окружности планеты.

Микромутацию, вызывающую появление пассионарного признака, Гумилев назвал пассионарным толчком.

Он придерживался гипотезы, что пассионарные толчки происходят благодаря «лучам из космоса». Но подчеркивал, что это лишь гипотеза.

 

  1. Неспециалисты.

Итак, почему же историков в основном принимают теорию Гумилева в штыки? Думаю, не ошибусь, если скажу, что основная причина в том, что Гумилев был не совсем гуманитарием. И при создании своей теории он стремился использовать и естественные науки.

Одним из краеугольных камней его теории является термин «пассионарность». В словаре ученика Гумилева В.А. Мичурина есть два определения пассионарности. «Пассионарность как характеристика поведения» (повышенная активность) и пассионарность как генетический признак (который является причиной «пассионарного поведения»).

На мой взгляд, оба термина имеют лишь косвенное отношение к  исторической науке. Пассионарное поведение – это скорее относится к психологии (этологии). А пассионарный ген – это уже вопрос к генетикам и биологам (не случайно при создании своей теории Гумилев консультировался с генетиком Тимофеевым-Ресовским). О пассионарных мутациях и говорить нечего.

Вот здесь и находится основная причина, по которой историки не принимают ПТЭ. Пожалуй, они и не должны. Это не совсем в их компетенции. Подтверждать или опровергать гумилевские гипотезы должны скорее психологи и генетики. И если они подтвердят, то историкам ничего не останется, как смириться с тем, что Гумилев прав. Пока же они могут выбирать: «верить» в гипотезы Гумилева или нет.

Что интересно, «поведенческую пассионарность» люди уже активно используют (в разговорах, статьях и т.д.). В принципе, даже многие оппоненты Гумилева признают, что «есть активные люди, благодаря которым идет развитие». Под вопросом стоит «генетическая предрасположенность». То есть оппоненты не согласны с тем, что пассионарность определяется генетической конституцией человека. Если пассионарное поведение мы можем наблюдать, то существование пассионарного гена остается под вопросом.

Однако то, что гумилёвские термины имеют косвенное отношение к исторической науке, по-моему, вовсе не должно мешать историкам их использовать (особенно это касается «пассионарного поведения»). Скажем, если историк не медик, это не значит, что он не должен использовать медицинские термины, упоминая болезни исторических личностей. И т.д.

Мне кажется, нет такой науки, чьими достижениями историки не должны были бы пользоваться.

Но «могут» не означает «должны». Если даже ПТЭ будет научно подтверждена, историки вовсе не будут обязаны использовать ее достижения в своих работах.

 

  1. Ограниченное время жизни ЭС.

Есть еще одна причина, по которой историки не любят ПТЭ. Причина, можно сказать, «идеологическая». Согласно ПТЭ время этногенеза занимает 1200-1500 лет. После чего, по крайней мере, динамическая история заканчивается, после чего следует «статическое существование». Но… древность почетна. И почти все говорят о том, что их цивилизации имеют долгую историю, причем более долгую, чем 1500 лет. И поэтому историки говорят о том, что известные цивилизации не укладываются в схемы Гумилева. Этот упрек я встречал почти у всех критиков ПТЭ, которых читал.

Так А.Г. Кузмин радеет за русскую историю:

«В свое время под пером автора появилась идея о зарождении славянства во II веке нашей эры. Дата эта потребовалась для того, чтобы «похоронить» славян в XIV веке и дать начало новому этносу русских. Антиисторичность концепции очевидна и для непосвященных: возрождение XIV-XV веков шло не за счет отрицания предшествующей истории, а как раз наоборот, за счет подчеркивания ее преемственности, по крайней мере с IX века. В основе летописания Северо-Восточной Руси непременно лежала «Повесть временных лет», повествующая о происхождении славян и Руси…»

Не нравится ему, что Гумилев «похоронил славян» в XIV веке и пренебрегает преемственностью Московской Руси от домонгольской.

О том же говорит Сапронов:

«…Накладывая свое представление об этногенезе с его фазами на историю Руси—России, Л. Н. Гумилёв приходит к диковинному выводу о том, что не было вовсе единой Руси—России, возникшей где-то в промежутке между созданием Киевского княжества и Крещением Руси и существующей по сей день. Послушаешь Гумилёва, так славяне — Древняя Русь в период от I и до середины XV века — это одно, Московская Русь — Россия от XV века и до настоящего времени — другое. На самом деле перед нами два этноса, связанные генетически, но от этого не перестающие быть различными этносами. Ни преемственность религии, языка и культуры, ни единство самосознания русского народа Гумилёву не указ…»

Кстати, как правило, именно к этому вопросу сводятся дискуссии вокруг «Ига». Согласно Гумилеву на Руси в XIII-XIV вв. был упадок из-за того, что Русь «постарела» и переживала фазу обскурации. Затем произошел пассионарный толчок, после чего начался подъем Московской Руси, приведший к рождению России. Его оппоненты считают, что кризис был из-за Ига. Что из-за монгол-татар «непрерывный прогресс» был «задержан», и Русь отстала от Европы. Гумилев же считал, что отставание связано с разницей в возрасте.

С вопроса о «возрасте» начинает и Я. Лурье.

«…История греческого народа явно не укладывалась в 1500 лет, и Гумилеву пришлось разделить греков на два различных этноса — эллинский (античный) VIII в. до н. э. — IV в. н. э. и византийский IV — XV в. н. э.[10] Ту же операцию он проделал и над русскими. С начала нашей эры до XIV в. существовал, согласно Гумилеву, славянский (очевидно, восточно-славянский) этнос, а после падения его «пассионарности» возник уже новый, русский этнос. Указан даже точный момент рождения русского этноса — Куликовская битва. «Год рождения 1380» — так и называлась статья Гумилева о русском этносе, опубликованная к 600-летию Куликовской битвы[11]…»

Встречаются и упоминания «долгожительства» евреев, китайцев и др.

Здесь гуманитарии находятся в плену даже не столько «политической культуры» сколько у культурной традиции.

Вообще, в данном вопросе Гумилев продолжает традицию «цивилизационного подхода» Данилевского, Леонтьева, Шпенглера, Тойнби. Сторонники этого подхода Гумилева могут принять. Но противников у него, судя по всему, гораздо больше. Люди привыкли считать, что общественный прогресс все время идет непрерывно, и им сложно принять теорию «дискретного развития».

На мой взгляд, основная здесь проблема в недопонимании. По сути, оппоненты говорят о разных вещах. Гумилев – об «инерции пассионарного толчка», оппоненты – о культурной традиции или о языке. Культурные традиции и языки действительно живут дольше, чем 1500 лет. Но Гумилев с этим и не спорил. Он говорил о пассионарности или о пассионарном гене. Процесс этногенеза начинается после мутации, когда появляются носители этого гена, и заканчивается, когда носителей этого гена не остается.

При этом «новые пассионарии» вполне могут развивать старую культуру, а не создавать новую. Это и делали пассионарии, появившиеся на Руси в XIII-XIV веках.

В принципе (при желании) тут может быть найден своеобразный компромисс с помощью термина «обновления». Можно сказать, что в результате появления пассионариев произошло обновление Руси. Или, скажем, обновление арабов в VI-VII веках (когда, по Гумилеву, появился Мусульманский суперэтнос). Механизм этот, по-моему, несложно представить. До ПТ этнос был менее активным, после – более активным. Процент активных людей стал выше. В общем, там, где Гумилев говорит «появилась новая этническая система», другие могут сказать «народ помолодел» или «стал более активным».

То же самое можно сказать про евреев в I веке, или про китайцев и японцев VI-VII веков.

Когда Гумилев говорит о возрасте народа — что имеется в виду? Имеется в виду, что столько-то времени назад произошел ПТ, в результате которого появились пассионарии, чьи потомки определяют активность данного народа. Зачем нужен возраст? В известной юмореске говорится «Чтобы путем вычитания определить сколько осталось…». Так и у Гумилева путем вычитания мы можем определить, сколько осталось до прекращения динамичной жизни народа, и перехода в статику (если за это время не произойдет «обновление» в результате очередного ПТ). Кроме того, зная возраст (естественно, «гумилевский»), можно прикидывать, какая у народа должна быть активность в данный момент.

Вообще (если очень хочется), вместо «молодой этнос» (по критериям ПТЭ) можно говорить «энергичный этнос», или «пассиионарный этнос» или (что точнее) «высокопассионарный этнос». Суть при этом не изменится.

Тут следует упомянуть еще одну причину неприятия ПТЭ. Людям не хочется верить, что их народ не вечен. Что не вечна их цивилизация, культура. При этом хочется сказать: «не стоит так нервничать!». Если через территорию народа пройдет очередной ПТ, то народ может пережить очередное «обновление», а этногенез в этом регионе начнется заново. При этом обновления, возможно, на первых порах никто и не заметит.

Естественно, активность народа определяется не древностью культуры, а процентом активных людей. Эти явления (культура и пассионарность) должны изучать разные специалисты. И им совершенно не нужно друг с другом конфликтовать.

 

  1. Политкорректность.

В ряде случаев неприятия ПТЭ, присутствует причина, которую, видимо, не устранить. Это то, что сейчас принято называть политкорректностью. Причем у Гумилева она не в том уродливом виде, который мы видим у нынешних либералов-западников (они издалека видят прегрешения русских, и в упор не замечают, когда русские становятся жертвой шовинизма других народов). У Гумилева политкорректность совсем другая: «Неполноценных этносов нет».

Все народы подвержены одним и тем же законам. Все переживают периоды агрессии, которые сменяются периодами стабильности, после чего следует слабость.

Гумилевская теория разом разбивает многие «центристские» построения как карточный домик. Тут становится бессмысленно рассуждать как об «особой» агрессивности кочевников-степняков, так и о том, что только Запад способен на развитие, а восточные цивилизации — нет.

Кроме того, ПТЭ избавляет от комплекса «национальной неполноценности». Благодаря ей выясняется, что многие проблемы были не только у твоего народа. И они неизбежно будут у других.

Вот эту политкорректность некоторые не любят. Кто-то хочет превознести свой народ, кто-то хочет очернить другой, кто-то и то и другое. И всем Гумилев мешает.

Некоторые русские исследователи его не любят за апологию степняков. Одним из его постоянных оппонентов был А.Г. Кузмин, чьи высказывания о степняках иначе как фашистскими не назовешь.

Не могут принять Гумилева и многие «европоцентристы».

Тут выход один – бороться с подобными явлениями. Как с «национальной манией величия», так и с «национальным комплексом неполноценности». Распространение подобных убеждений опасно и преступно. И ПТЭ, кстати, может тут помочь.

 

  1. Детерминизм.

Еще Гумилева обвиняют в детерминизме. Потому что его оппонентам кажется, что, согласно теории Гумилева, все предопределено открытыми им законами. И это их огорчает.

В связи с этим можно упомянуть еще обвинение в имморализме. Якобы Гумилеву все равно «хороший или плохой» человек, был бы пассионарий. И якобы он будет сочувствовать даже «плохому» пассионарию.

И то, и другое обвинение – следствие невнимательного чтения (сознательного или несознательного). Гумилев точно не оправдывает аморальных пассионариев. Он лишь констатирует, что это энергичные сильные люди. Он вовсе их не защищает. Особенно много он говорит о «плохих» пассионариях в разделе об антисистемах. Там же он подчеркивает что у человека всегда есть «полоса свободы».  Т.е. всегда есть область, где человек выбирает, как поступать.

То же самое можно сказать о вопросах детерминизма. Наши возможности ограничены. Они ограничены нашей природой. Но это не отменяет нашей свободы.

Представим, что человек может пройти за день Х метров. Значит, можно начертить круг радиусом Х метров. В конце дня человек не сможет выйти за пределы данного круга. Но внутри он может оказаться в любой точке. Всегда есть ограничение возможностей и свобода.

Пассионарии более сильные люди, чем гармоничники. У них больше возможностей, но они тоже ограничены.

Молодой энергичный народ может много добиться благодаря своей энергии. Но что именно он добьется, это большой вопрос.

Законы этногенеза говорят о том, что народ живет 1200-1500 лет. Но это не значит, что народ обязательно проживет этот возраст. Кто-то может прожить дольше. А прожить меньше вообще несложно.

Народ может погибнуть в результате катаклизма, в результате геноцида…

Между прочим, теоретически все представители какого-нибудь народа в любой день (или год) могут принять решение покончить с жизнью. И осуществить это решение каким-нибудь образом. Но вероятность этого события так мала, что тратить время на рассмотрение этого варианта, честно говоря, не хочется.

У людей есть инстинкт самосохранения. Это факт. И с этим надо считаться.

Пассионарность же можно назвать другим инстинктом. Инстинктом развития. Этот инстинкт также нужен для выживания. Потому что благодаря ему человечество расселяется по Земле. А чем больше регионов человеческий коллектив занимает, тем больше шансов на выживание.

В общем если наука говорит о возможностях человека (или этноса) и вообще о законах, которым он подвержен, то это не значит, что она перечеркивает его свободу.

 

  1. Методология.

Еще одна причина — это методология и специализация Гумилева. Гумилев отличается тем, что можно назвать «стереотипом поведения».

Гумилев смотрит «широко и не глубоко». Он изучает много регионов и исторических эпох. А у историков принято иметь более «узкую» специализацию. Они предпочитают изучать глубоко.

При этом они изучают источники. Гумилев же вынужден работать с монографиями. Исключениями являются периоды, от которых источников сохранилось сравнительно мало (например, история домонгольской Руси). Изучать все источники по тем регионам и эпохам, которые рассматривает Гумилев, одному человеку физически невозможно.

Кто-то из оппонентов сказал: «Нельзя все знать хорошо. Хорошо можно знать историю конкретной страны, в конкретный период». В чем-то он прав. Гумилев не мог знать периоды так хорошо, как знали специалисты по данным периодам.

В результате Гумилева часто «ловят» на ошибках «по мелочам».

Что можно сказать? Все зависит от поставленных задач. Скажем, упомянутые ошибки для теории Гумилева принципиального значения не имеют.

Главные же факты, на которых основывается теория Льва Николаевича, как правило, неоспоримы. Рождения христианства, рождения Ислама, основание Рима. Вопрос в интерпретации причин.

Почему бы не работать с монографиями? Разве их авторы зря старались?

Действительно, есть проблема в их надежности. Тут более длинная последовательная цепь. Не просто «источник», а «источник-автор монографии». Но это не значит, что данный метод совсем непригоден.

При этом можно заметить, что только методология Гумилева позволяет искать ответы на вопросы, вроде «Было ли Монголо-татарское иго причиной отставания Руси от Запада?». Это не значит что Гумилев прав, но пока его мнение более внушает доверие. Специалисты «узкого профиля» ответить физически не могут, именно в силу своей специализации.

К тому же, как заметил Вадим Егоров (один из оппонентов Льва Николаевича) отвечать на такие вопросы не совсем в компетенции историков. Они скорее констатируют факты. А предположения вроде «если бы не монголы, то…» это уже сослагательное наклонение, которое, как известно, историческая наука не знает. Для Гумилева и его теории ставить такие вопросы нормально.

В принципе причина для конфликта может стать причиной и для мира. Когда каждый занимается своим делом. К тому же надо признать, что Гумилев и его последователи не могли и не могут обойтись без специалистов, которые пишут монографии.

 

  1. 7. Идеологическая несовместимость.

Ну и напоследок надо сказать об идеологической причине. О том, что представители некоторых идеологий в принципе не могут принять теорию Гумилева, потому что согласно ей их идеологии являются «антисистемными».

Гумилев определял антисистему как системную целостность людей с негативным мироощущением, которое представляет собой специфическое отношение к материальному миру, выражающееся в стремлении к упрощению систем, то есть к уменьшению плотности системных связей. В пределе плотность системных связей сводится к нулю, что означает уничтожение системы, будь то государство, ландшафт или этнос.

Антисистемщики — главные отрицательные герои работ Гумилева. Выше мы упоминали о претензиях по поводу «политкорректности». Но здесь его обвиняют скорее в ее отсутствии. И возмущаются что: «Призывал к беспристрастности, а тут явно пристрастен».

Кстати о политкорректности. Собственно нацисты тоже согласно Гумилеву являются антисистемой. И потому им теория Гумилева вряд ли может понравится.

Еще антисистемной является коммунистическая идеология. В одной из последних своих статей (уже в постсоветское время) Гумилев об этом пишет прямо. Раньше он только намекал. Не могут Гумилева любить и крайние либералы-западники, также известные как русофобы ( в принципе, это течение можно назвать частным случаем фашизма), о которых писал Шафаревич. В одном из своих интервью Гумилев прямо выразил солидарность с Игорем Ростиславичем. Собственно, «малый народ» у Кошена и Шафаревича — это то же, что «антисистема» у Гумилева. При этом надо сказать, что Гумилевский термин явно более удачен.

По поводу того, что «нельзя быть пристрастным» можно сказать следующее. Гумилев говорит, что антисистемы вредят системам. Они вредны. Слово «вред» вполне допустимо в естественных науках, в частности в биологии. Этот термин отображает объективную реальность.

Другое дело, что Гумилев мог быть пристрастным, мог ошибаться и в результате называл антисистемами течения, которые под его определение не подходят. Но это не отменяет определения. Это не отменяет признаков антисистем, которые Гумилев назвал.

Вот в частности, признаком утопических антисистем является стремление к осуществлению утопических проектов, что ведет общество к гибели. Но ведь часто о проектах идут споры, являются ли они утопическими. Соответственно можно спорить являются ли сторонники проектов утопистами и антисистемщиками.

И в принципе, никто не сомневается, что при изучении государства, кроме всего прочего приходится изучать организации, занимающиеся антигосударственной деятельностью (организованная преступность, террористические организации). Никто не сомневается, опять же, что внутри организмов могут оказаться вещества или микроорганизмы, уничтожающие его. И ничего удивительного, что в теории этнических систем нашлось место для теории этнических антисистем.

А на мнение представителей некоторых организаций (таких как нацисты) нам, по идее, вообще должно быть плевать. С этими организациями надо бороться, а не считаться.

 

Заключение.

Итак, мы рассмотрели несколько субъективных причин для неприятия теории Льва Николаевича. Не исключено, что мы назвали не все. Но мы рассмотрели те, что попали в зону нашего внимания. Некоторые из них вполне устранимы. Если виден источник проблемы, ее легче решить. А в некоторых случаях надо признать, что «медицина тут бессильна». Надо трезво оценивать свои возможности.

Мы сознательно не перечисляли большинство «выдуманных причин». Нас не интересовали случаи распространения дезинформации о Льве Николаевиче. Потому что это не причина, а следствие неприятия ПТЭ. Такие случаи заслуживают отдельного исследования.

Нельзя не отметить, что есть и объективные причины не соглашаться со Львом Николаевичем, что отмечают и многие его последователи. У его теории есть слабые места. Их можно и нужно обсуждать. Но здесь мы говорили о другом.

Все-таки хотелось бы, чтобы при размышлениях о какой-либо гипотезе или теории, субъективные симпатии и антипатии не оказывали бы существенного влияния на принятие решения.